10 сентября в рамках фестиваля ReAnimania 2010 пройдет специальная программа, посвященная известному армянскому мультипликатору Роберту Саакянцу: 30 августа создателю уникальных мульт-персонажей исполнилось бы 60 лет.

К юбилею художника Yerevan.Ru публикует интервью Саакянца из журнала “Ереван” (январь-февраль 2009) с сокращениями.

Досье:

Роберт Аршавирович Саакянц  родился в 1950г. в Баку. С 1964г. жил в Ереване, с 1970-го работал на киностудии «Арменфильм» в качестве художника-мультипликатора. Режиссерский дебют Саакянца состоялся в 1972г. фильмом «Лилит». Он снял около 150 мультипликационных картин разного формата («Лисья книга», «Охотники», «Ишь ты, Масленица», «В синем море, белойпене…», «Кикос», «Храбрый Назар», «Ух ты, говорящая рыба!», «Кнопка», «Тебе, Армения», «Таверна» и т.д.), завоевавших награды на всесоюзных и международных кинофестивалях: во Франции, Италии, Испании, Германии, Японии, Украине, России, Эстонии, Армении. Народный артист РА. Саакянц был художественным руководителем объединения мультипликационных фильмов киностудии «Арменфильм».

Свой первый фильм я сделал случайно: режиссер Ара Вауни задумал снять картину «Лилит» по армянской миниатюре, на потрясающую музыку Тиграна Мансуряна. Но он был эдаким богемным художником и так и не приступил к работе. Вскоре его уволили. А проект передали мне.

Однажды гадалка сказала моей жене, что вся наша квартира в тухт-у-гирах (бумаги с особыми письменами для наведения порчи — прим.ред.). Но беспокоиться не о чем, так как меня оберегает один из предков. И я не раз имел возможность в этом убедиться (не спугнуть бы!). Председатель Госкино Армении Рафаэль Самсонов после просмотра фильма «Храбрый Назар» сказал, что я напрочь лишен чувства юмора и что надо бы мне передохнуть. Это означало запрещение снимать. И тут, должно быть, вмешался тот самый предок: сразу после этого разговора я приехал на студию, где узнал что Центральное телевидение предлагает союзным республикам снять мультипликационные фильмы для цикла, посвященного национальным сказкам. Так что последующие пять картин я сделал по мотивам армянских сказок.

В России самые узнаваемые из моих работ — «Ишь ты, Масленица» и «В синем море, белой пене…». Мне говорили, что «Масленицу» по ТВ крутят каждый сезон, практически как «Иронию судьбы» под Новый год. Ну а фильмом-бомбой была «Лисья книга», о которой говорили, что она открыла новую страницу в советской мультипликации. Такая же судьба могла сложиться и у «Охотников». После просмотра этой картины Хитрук на съезде правления Союза кинематографистов в Москве сказал, что из Армении в конце года привезут еще одну бомбу. Но фильм так и не попал в прокат. Причин тому было две: москвоцентризм и абсолютно наплевательское отношение армянских киновластей.

Когда я уже собирался начать работу над «Лисьей книгой», против меня развернули целую кампанию. Даже пытались отобрать сценарий. Но вернули, так как все остальные отказались от него. Вот мы с художником Овиком Дилакяном и композитором Давидом Азаряном и решили эффектно попрощаться — сделать рок-оперу. Заметьте, в 1975г., в СССР! Кстати, в данном случае нам на руку сыграла безалаберность руководства, которое ни разу не проверило работу на этапах. В итоге мы сделали все как надо. А дальше события развивались и вовсе неожиданно: дирекция не особо поняла, но все-таки приняла фильм, а потом его посмотрел председатель Госкино Армении Геворк Айрян. Он спросил присутствующих, уразумел ли кто-нибудь, о чем тут речь? На что директор студии Карен Калантар ответил: «Я ничего не понял, но спросил у авторов — они говорят, что это гениально». Айрян отреагировал совершенно потрясающей фразой: «Я в свое время не понял «Цвет граната», а потом оказалось, что это Параджанов. Сейчас не приму, а потом окажется, что ошибся, и опозорюсь на всю жизнь».

Я агрессивен в том, в чем уверен. Я агрессивно не верю в «неотмирасевойность» художника. Таких я просто не уважаю. Во всяком случае, в армянской реальности я не имел права сидеть в стороне. Жить в воюющей стране, пережившей огромное количество трагических событий, и не реагировать на это я просто не мог и нередко выступал по разным поводам в массмедиа. Так вот, после моего очередного выступления по телевидению с крайне непопулярным взглядом на кое-какие проблемы, в телекомпанию стали приходить письма и звонки с угрозами. Заметьте, угрожали не мне, а телекомпании! Вашего покорного слугу трогать они не собирались — уважают, но при этом грозились убить тех, кто дал мне возможность высказаться. Фантастический народ, удивительно трепетно относящийся к искусству и людям искусства. Наверное, именно поэтому в самые «запретные» времена у нас были и рок, и джаз…

Как-то позвонил Александр Цекало и сказал, что давно ищет меня. Встретились, пообщались… Так появился клип на песню «Маленький». Потом, уже по его «наводке» связался со мной Леня Агутин и случился клип «Луна». Интересно, что это были именно те исполнители, с которыми я сам хотел сотрудничать. А вот как вышел на меня Боря Моисеев, не знаю. Но с ним я работать отказался. Скажем так, по идейным соображениям.

Жан-Поль Сартр сказал, что, если он увидит, как тонут «Джоконда» и котенок, без раздумий бросится спасать котенка. Раньше меня это возмущало, а сейчас, думаю, я в этой ситуации даже не обернулся бы на «Джоконду». История еще не доказала, что возвышенно-одухотворенные художники сделали для мировой культуры больше, чем пьяницы, дуэлянты, хулиганы и бабники.