Тигран Нерсисян – заслуженный артист Армении, талантливый актер Театра им. Сундукяна, известный театралам как Ромео, Раскольников и Аршак II, заслуживший особое восхищение и признание ролью сумасшедшего в постановке «Я – абрикосовое дерево» и многими другими ролями в классических и современных спектаклях и фильмах. Ереванец с рождения, Тигран обожает город и остро реагирует на все его изменения, плохие и хорошие. С недавних пор его можно увидеть и на экране телевизора, в сериале «Во имя любви», где Нерсисян играет с женой – актрисой Нелли Херанян. Но о сериалах говорить Тигран не любит. Его страсть – театр.

О театре, кино, городе и его жителях – Тигран Нерсисян.

Ереван

Я родился в Ереване и не представляю себе другого города, где бы хотел жить, иметь семью, растить детей. У нас замечательный город.  Обожаю улицу Абовяна, где я родился, проспект Саят-Нова, где прошла моя юность, и проспект Маштоца, где я сейчас живу. Эти три улицы для меня, пожалуй, самые любимые. И хотя Ереван сегодня, если говорить о центре, стал красивее, ухоженнее, но в то же время город выглядит несколько искаженным. Исковеркан созданный Александром Таманяном колорит, цвет, даже аромат.

Так получилось, что я всегда жил в сердце города, но считаю совершенно несправедливым, что центр процветает, а отдаленные кварталы остаются без внимания. Ведь Ереван – это не только центр, а весь город.

Может показаться, что я обращаю внимание только на отрицательные стороны, но, безусловно, есть много такого, чему я рад. Например, от открывшихся недавно новых дорог, тоннелей, эстакад я, как водитель, просто в восторге.

Или другой пример – Северный проспект. Я совершенно не против, чтобы в городе был построен такой комплекс в новом духе, с магазинами, бизнес-центрами, но было бы неплохо иметь на этом проспекте ну хотя бы какой-нибудь культурный очаг, наподобие Карнеги-холла в Нью-Йорке. Это наполнило бы построенное богатой сущностью, смыслом.

Памятники города

В нашем городе много чудесных памятников. Один из моих любимых – “Мальчик, продающий воду”, еще я обожаю памятник Таманяну. Много споров было вокруг памятника Арно Бабаджаняна, но я считаю, что он необычайно хорош. Правда, я категорически против его местонахождения, он должен был быть на возвышенности, а не на уровне бордюра, да еще и рядом какие-то сэндвичи продают. Вот Карабала просто должен находиться на уровне с прохожими, хотя он у нас получился, так скажем, кочующим памятником, я бы сказал самым живым из памятников, поскольку он то тут, то там.

Очень похвально, что сегодня устанавливаются памятники заслуженным, снискавшим уважение и признательность людям (в последнее время в городе появился ряд новых памятников). И было бы особенно приятно, если б наша молодежь знала, кому они принадлежат.

Ереванцы

Город для меня  - это не только здания, стены, улицы, город – это, в первую очередь, люди. Подобно театру, который наполняет содержанием не само здание, а то, что происходит внутри его.

Проблема современных ереванцев в том, что мы сами не заботимся о нашем городе, мусорим, где попало. Мне порой кажется, что люди, выйдя за порог своего дома, забывают об элементарных правилах.

Люди вообще сегодня другие, другого «качества». В сегодняшний “Поплавок” – красивый, модный, так называемая “элита” ходит, чтобы показать себя, свою дорогую машину, похвастаться перед кем-то. Раньше не было такого сервиса и дизайна, но сидела в таких местах интеллигенция, деятели искусства, художники – настоящая элита нашего города, наша гордость, представители истинной богемы.

Театр

Театр для меня – святое место, театр – это чудо. Ни перед камерой, ни на съемочной площадке нет тех ощущений, которые есть здесь. Все лучшие актеры мира пришли из театра, в театре становятся актерами, учатся, разиваются.  В театре получаешь заряд энергии, заряд творчества.

Я начинал свою творческую биографию именно с театральной сцены, и сейчас я в театре. Но публика сегодня не различает шоу, эстраду от настоящего театра.

Когда в 17-18 я впервые вышел на сцену, мне даже не приходила в голову мысль, что в этом возрасте я на полном серьезе буду обсуждать на телевидении с журналистами и театральными деятелями вопрос – “Что такое театр?”. Ведь мы давно уже должны были знать ответ на этот вопрос.

Каждый жанр, будь то эстрада, ток-шоу или что-то еще, имеет право на существование. Но мы все смешали! Нельзя называть театром каждое представление, которое происходит на сцене. Это высшая степень безграмотности! Я с болью осознаю, что таким образом мы вполне можем лет через 10 и вовсе потерять театр профессиональный, классический, репертуарный.

Будущее сцены

Не знаю, как говорить о будущих актерских поколениях, как можно думать о смене поколения при 30000-50000 драмовой актерской зарплате, как жить и заводить семью на эту мизерную зарплату? Меня возмущает, когда говорят, что после Ваграма Папазяна, Грачья Нерсисяна у нас не появилось талантливых артистов. Как такое может быть? Все дело в том, что нет элементарных условий для их появления. Многочисленные молодые актеры как приходят в театр, так и уходят. Многие из них уезжают заграницу, работают официантами. А может среди них были будущий Грачья Нерсисян, Мгер Мкртчян… Ведь когда они начинали, никто не знал, что они станут гениальными актерами.

Кино

Армянское кино переживает сложный период. Многое радует – и замечательный фестиваль “Золотой абрикос”, и инициативы Общественного телевидения. Но никакой фестиваль не сможет развить, поднять нашу киноиндустрию. Да, «Золотой абрикос» выполняет свою миссию, представляя миру некоторую кинопродукцию. Но для поднятия кино необходима государственная поддержка, спонсоры. Единичные случаи, когда некий Погос Погосян находит средства, спонсоров и снимает фильм, не спасут армянскую киноиндустрию.  Нам необходимо кино, тем более, что у нас есть прекрасные традиции этого жанра, которые просто нужно продолжить.

А экранизация классических произведений по инициативе Общественного телевидения – “Убитый голубь” Нар-Доса, “Три товарища” Ремарка – это очень хороший проект. Сейчас в процессе съемки фильма по мотивам произведения Раффи ”Дневник мошенника”, и это очень хорошо, что телеканал идет именно этим путем. Может, не все пока получается и воспринимается удачно. К примеру, люди часто возмущаются, когда звучит жаргонная речь. Но ведь эти фильмы как бы адаптируются под современность, ведь сняли же “Ромео и Джульетту” с оружием и вертолетами и “Гамлета” играли в небоскребах. Это не случайно, американцы прекрасно знают, что молодежь не читает, а таким образом хотя бы получает представление о Шекспире, о классике. Кроме того, в нашем случае нужно понимать, что довольно дорого создавать атмосферу, например, 18 века:  костюмы, кареты, интерьер, все это связано с большими затратами.

Нам необходимо кино, тем более, что у нас есть прекрасные традиции этого жанра, которые просто нужно продолжить.